Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 2

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 199

Теперь рассмотрим обе эти стороны поподроб­нее.

Начнем с первого пункта. «Каковы бы ни были удачи в настоящем, никто из здравомыслящих лю­дей не может ручаться с уверенностью за будущее. По этой причине, утверждаю я, ознакомление с про­шлым не только приятно, но еще более необходимо» (III, 31,3— 5)· Это положение Полибий много раз на­стойчиво повторяет. «Лучшей школой для правиль­ной жизни служит нам опыт, извлекаемый из прав­дивой истории событий» (I, 36,9-Ю). Современный человек может отнестись к этим словам несколько скептически. XX век показал, как мало пользы извле­кает человечество из уроков прошлого (хотя этому нас тоже научила история). В оправдание Полибия скажу, что он адресовался к мудрецам, а это сильно меняет дело. В самом деле. Если опыт французской или русской революции не может удержать ни один народ от новой революции, то зато мудрый человек, читая Тэна, может понять сущность революции и да­же предсказать ее ход. Итак, примеры из прошлого вразумляют и учат избегать ошибок в будущем. Но каким образом чтение истории может сделать нас лучше? Для пояснения приведу один пример.

Предшественник Полибия, историк Филарх, опи­сывает события одной из греческих войн, которая, разумеется, сопровождалась кровавой резней и пре­ступлениями. При этом Полибий замечает, что он нарочно, как бы с тайным удовольствием останавли­вается на описании всяких кровавых сцен. «Поступа­ет он таким образом во всей истории, постоянно ста­раясь рисовать ужасы перед читателем... По его мне­нию, задача истории состоит в изложении неспра­ведливых деяний. Напротив, о великодушии мегалопольцев... он не упоминает вовсе, как будто исчисле­ние преступлений важнее для истории, чем сообще­ния о благородных, справедливых действиях, или же как будто читатели исторического сочинения скорее могут быть исправлены описанием противозакон­ных поступков, а не прекрасных и достойных сорев­нования». Далее Полибий говорит, что Филарх по­дробно описывает осаду Мегалополя, военные дей­ствия. «То, что следовало за этим и что составляет предмет истории, он опустил, а именно: похвалы мегалопольцам и лестное упоминание о достойном настроении их, хотя все это напрашивалось само со­бой. Таким образом, Филарх закрывает глаза на дела прекраснейшие и вниманию историка наиболее до­стойные» (11,56—61).

mitingirazr.jpg
0003rd6e.jpg