Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 2

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 144

— Пусть бессмертные боги сделают державу рим­ского народа еще лучше и обширнее.

Сципион внимательно выслушал его и сказал:

— Она уже достаточно хороша и велика, поэтому я молюсь, чтобы боги вечно хранили ее невредимой.

И он тут же велел соответствующим образом ис­править молитву. С тех пор все цензоры молились словами Сципиона (Val. Max., IV, 1,10).

Эти слова Публия поистине замечательны. Из них ясно, что ему была глубоко противна идея расшире­ния ради расширения. Он не хотел, чтобы римляне, как другие завоеватели, бессмысленно шли все даль­ше и дальше, к «последнему морю», не в силах оста­новиться, пока их не придавят обломки собственной призрачной империи. Как впоследствии Август, он был не за вечный рост, а за созидание.

Цензура Сципиона имела неожиданные последст­вия, но не для державы римского народа, за которую он молился, а для самого Публия: его привлекли к су­ду. Читатель помнит Азелла, у которого Публий Кор­нелий отнял коня, назвав Осленком. Этот молодой Человек, как мы уже говорили, отличался большой наглостью и настойчивостью. Поняв, что на Сципио­на наглость не действует, он кинулся к его коллеге. Снисходительный Муммий пожалел несчастного юношу и вернул ему всадническое достоинство. Ка­залось бы, Азеллу больше и желать было нечего. Но, оказывается, душа у него была мстительная, злобная и он не мог забыть, как Публий опозорил его перед всем римским народом. Через два года, в 140 году до н. э., он стал народным трибуном и привлек Сципио­на к суду. В чем он обвинял его, неизвестно. Дошед­шие до нас источники считают ненужным это сооб­щать, ибо обвинения были заведомо ложными.

Все были поражены: никому ни до, ни после не приходило в голову привлечь к суду Публия Афри­канского, это солнце Республики, как называет его Цицерон (De nat. deor., II, 14)· И вдруг его обвиняет, и кто же!.. Поэт Люцилий не знал, плакать ему или смеяться. «Негодяй Азелл обвинял великого Сципио­на», — говорит он (Gell., IV, 17,1).

phpThumb_generated_thumbnailjpg.jpg
DSC00459-vi.jpg