Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 97

Сципион прибыл в Утику около полуночи и узнал обо всем. Он «тотчас же велел трубить поход». Осво­бодив находившихся в городе пленных, он велел пе­редать карфагенянам и Газдрубалу:

— Приехал Сципион.

Эти слова имели оттенок двусмыслицы: в Африке имя Сципион было равносильно слову победитель.

Была последняя стража ночи*. На Манцина напали со всех сторон. «Он вместе с пятьюстами воинами, ко­торых одних имел вооруженными, окружил невоору­женных, которых было три тысячи». Израненные, по­терявшие всякую надежду, они стояли над бездной, от­биваясь из последних сил. И «вдруг появились кораб­ли Сципиона, в стремительном беге подымая волны, полные стоявших на палубе легионеров... Для карфа­генян, узнавших об этом от пленных, их прибытие не было неожиданностью, для римлян же... Сципион принес нежданное спасение». Публий без труда оттес­нил карфагенян, снял римлян со скалы, Манцина по­садил на корабль и велел немедленно отправляться в Рим, потому что здесь он ему не нужен. Вслед за ним он отправил и Пизона (Арр. Lib., 113 — 114).

Мечта воинов сбылась. То, о чем они так страстно молились много месяцев, исполнилось. Сципион сно­ва вошел в их лагерь, но уже в палудаментуме, пурпур­ном плаще полководца. Можно себе представить, ка­ким взрывом восторга его встретили. Однако первые его слова были совсем не ласковы, даже суровы. Дело в том, что у Сципиона как полководца были очень опре­деленные и очень оригинальные принципы ведения военных действий. И первым его принципом была дисциплина, притом дисциплина строжайшая. Даже среди римлян, народа необыкновенно приверженно­го к дисциплине, он прославился совершенно особой преданностью этой идее. На войне он был суров и «не­приступен, он не склонен был оказывать милости, особенно противозаконные. Он часто говорил:

n86n-s09.jpg
0003rd6e.jpg