Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 87

Сципион был самым популярным человеком в римском лагере. Римлянам он внушал восторжен­ную любовь, врагам — глубокое уважение. Отряд Сципиона резко отличался от остального войска, где послушание и дисциплина пошатнулись. Воины его всегда двигались в строгом порядке. Во время фура­жировки он оцеплял поляну конниками и сам непре­рывно объезжал ряды. Если кто-нибудь из пехотин­цев хоть немного выходил из очерченного Сципио­ном круга, его строго наказывали (Арр. Lib., 100). Сол­даты повиновались малейшему знаку своего трибу­на. Быстрые, собранные, стремительные, они готовы были в любую минуту броситься на помощь тому, кто в ней сейчас нуждался.

И карфагеняне знали Сципиона. И никто из них не рисковал встретиться с ним в битве. Но он стал из­вестен пунийцам не только этим. Как я уже говорила, в те дни часто случалось, что отдельные отряды за­ключали временное перемирие. И вот другие офице­ры зачастую нарушали слово и нападали на отступа­ющих врагов. Публий же не только свято блюл клятву, но, дав слово врагам, сам провожал их до лагеря, что­бы никто не мог на них напасть. В конце концов пу­нийцы стали заключать договоры только в присутст­вии Сципиона (Арр. Lib., 101; Diod., XXXII, Τ). С плен­ными он обращался неизменно ласково и мягко. «Вследствие этого по всей Африке распространилась справедливая молва о нем » (Diod., XXXII, 7). Надо быть откровенными — славу ему прибавляло его имя. И в Риме оно звучало прекрасно, но только в Африке он осознал его почти магическую силу: оно, как некое «Сезам, откройся!», растворяло перед ним все двери.

Между тем консул решительно ничего не пред­принимал. Газдрубал, видя его неуверенность, сме­лел не по дням, а по часам. Он задумал повторить по­двиг Сципиона Великого, который ночью ворвался в лагерь карфагенян, сжег его и уничтожил все войско. И вот однажды ночью Газдрубал напал на римский лагерь. Все были в полном смятении, войско охвати­ла паника, как всегда бывает при ночных нападени­ях. Консул совершенно потерял голову. Между тем Сципион вскочил, поднял свой отряд и они стреми­тельно проскакали через весь лагерь, выехали в во­рота, противоположные тем, возле которых нахо­дился Газдрубал, обогнули лагерь и ударили пуний­цам в тыл. Не ожидавший такого отпора, Газдрубал в свою очередь смешался и отступил (Арр. Lib., 99). Так Сципион во второй раз спас римское войско.

mozahara.jpg
2381-002954-f40421960fa64da3d5d7d95869977cf4.jpg