Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 43

Такова эта комедия. Она, несомненно, самая увле­кательная, яркая и живая из всех пьес Теренция. Что до морали, то она так ясна и понятна, что не нуждает­ся в комментариях. И все же читатель, дойдя до кон­ца, не может отделаться от тяжкого недоумения, ко­торое не проходит и после того, как он закрыл книгу. Дело в том, что комедия кончается не веселой свадь­бой, как следовало бы ожидать. Нет. Ее завершает по­истине удивительная сцена. Такая удивительная, что я позволю себе привести ее почти полностью.

Все уже близится к счастливому концу. На ецене мы видим обоих стариков — Демею и Микиона — и молодого героя Эсхина.

Демея:

— Начнем с того, что у его жены (указывает на Эс­хина) есть мать.

Микион:

— Да. Что же дальше?

Демея:

— Честная и скромная женщина.

Микион:

— Да, так говорят.

Демея:

— Уже пожилая.

Микион:

— Да, я знаю.

Демея:

— Она уже не сможет рожать. И нет никого, кто о ней позаботился бы, — она совсем одна.

Микион (в сторону):

— Что он затевает?

Демея:

— Справедливость требует, чтобы ты женился на ней. (Эсхину.) А ты должен похлопотать об этом деле.

Микион:

— Жениться?! Мне?!

Демея:

— Да, тебе.

Микион:

— Мне?!

Демея:

— Тебе, конечно.

Микион:

— Бред!

Демея (Эсхину):

— Был бы ты мужчиной, он уступил бы.

Эсхин:

— Отец!..

Микион:

— Зачем ты-то еще, осел, его слушаешься?!

Демея:

— Ничего не поделаешь, иначе нельзя.

Микион:

— Ты спятил!

Эсхин:

— О позволь я упрошу тебя, отец!

Микион:

— Да ты с ума сошел! Отстань!

Демея:

—Послушай, уступи сыну!

Микион:

~ Да ты в уме? Чтобы я в 65 лет стал женихом и же­нился на дряхлой старухе? И вы мне это предлагаете?

Эсхин:

— Ну, пожалуйста, я уже им обещал.

Микион:

— Обещал?! Будь щедр в своем, молокосос!

Демея:

— Оставь! Неужели ты откажешь сыну? А если бы он попросил о чем-нибудь посерьезнее?

n86n-s09.jpg
DSC00459-vi.jpg