Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 29

«Нет такого сокровища, которое я мог бы срав­нить с дружбой Сципиона, — говорит Лелий у Цице­рона. — В ней я нашел согласие в делах государствен­ных, в ней — советы насчет личных дел, в ней же — отдохновение, преисполненное радости. Ни разу я не обидел его, насколько я знаю, даже каким-нибудь пустяком, и сам никогда не услыхал от него ничего неприятного. У нас был один дом, одна пища за од­ним и тем же столом. Не только походы, но и путеше­ствия, и жизнь в деревне были у нас общими. Нужно ли говорить о наших неизменных стараниях всегда что-нибудь познавать и изучать, когда мы, вдалеке от взоров народа, тратили на это свои досуги?» ([De атгс., 103 — 104).

Все говорят, что Гай Лелий был совершенно оча­ровательным человеком. Красавец с ясным, ласко­вым лицом, всегда одинаково веселый и приветли­вый. Мягкий, милый, нежный, жизнерадостный, он, однако, умел быть твердым, когда дело касалось принципов. Всю жизнь он отличался незапятнанной честностью. Он был горячим поклонником всех на­ук, читал и занимался с не меньшим увлечением, чем сам Сципион, был прекрасным знатоком права, го­ворил и писал так изящно, тонко и остроумно, что Цицерон не мог читать его речей без восторга. За ученость его прозвали Мудрым. Гораций же при­меняет к нему выражение «ласковая мудрость», на­мекая на его чудесный характер (Сгс. De off., I, 90; Миг., 66; Heren., IV, 13; Ног. Sat., И, 1, 72— 74; Suet. De poet. Ten, 1).

Лелий был однолюбом: всю жизнь он был верен одному другу, всю жизнь он любил одну женщину. По словам Плутарха, на его долю выпало редкое счастье: «за всю свою долгую жизнь он не знал иной женщи­ны, кроме той, которую взял в жены с самого начала» (Cat. min., 7). Как мы видим, и любовь, и дружба дари­ли ему одно счастье.

phpThumb_generated_thumbnailjpg.jpg
index.jpg