Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 21

Полибий приводит один любопытный пример их честности. У эллинов, говорит он, если ты доверишь должностным лицам какую-нибудь денежную сумму, ты не получишь ее назад, «даже если им доверяют один талант и хотя бы при этом было десять поручи­телей, положено было столько же печатей и присут­ствовало вдвое больше свидетелей». А у римлян не нужно ни печатей, ни свидетелей. Ты можешь вру­чить наедине любую сумму римлянину — «обязатель­ство достаточно обеспечивается верностью клятве» (ibid.,VI, 56,13-15).

И еще одно. По словам историка, они очень отзыв­чивы. «Как люди, одаренные благородной душой и возвышенными чувствами, римляне соболезнуют всем несчастным», — пишет он (ibid., XXIV, 12, 11). Это он мог узнать на собственном опыте, когда по­пал в Рим почти узником, лишенным всех прав, под­держки и покровителей.

IV

Но вернемся теперь к нашему юному герою. И прежде всего спросим себя, чем были недовольны его сограждане. Сципион был блестяще образован, смел до безумия, что доказал во время Македонской кампании; несмотря на достигнутое, продолжал на­стойчиво и прилежно учиться. Чего же хотели от не­го римляне? Ведь ему только-только минуло 18 лет.

Дело в том, что Публий жил совсем не так, как его сверстники. Прежде всего молодой знатный римля­нин, желавший заниматься общественной деятель­ностью — а все юноши круга Сципиона этого жела­ли, — должен был ежедневно ходить на Форум. Там он узнавал все новости, высказывал свое мнение, слушал выступления ораторов. Но самым верным способом снискать любовь народа было для юноши возбудить судебное дело против какого-нибудь мас­титого гражданина4. Знаменитый Лукулл начал свою карьеру с того, что привлек к суду некого Сервилия. Плутарх пишет по этому поводу: «Римлянам такой поступок показался прекрасным, и суд этот был у всех на устах, в нем видели проявление высокой до­блести. Выступить с обвинениями даже без особого к тому предлога вообще считалось у римлян отнюдь не бесславным, напротив, им очень нравилось, когда молодые люди травили нарушителей закона, словно породистые щенки диких зверей» (Plut. Lucul., Г).

n86n-s09.jpg
0003rd6e.jpg