Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 20

Первым гостем Рима из эллинистических стран был юный македонский царевич Деметрий, сын за­клятого врага римлян Филиппа. Он провел там не­сколько лет в качестве заложника и сделался востор­женным поклонником римлян. Он был так увлечен, что после его возвращения македонцы говорили, что римляне вернули только тело юноши, душу же дер­жат у себя. Если в Македонию приезжали римские послы, Деметрий буквально переселялся к ним. Его отец, царь Филипп, ненавидел римлян, лишивших его былого могущества. Поэтому угодливые при­дворные на пиру часто издевались над Римом, его убогим видом и варварским населением. Юный ца­ревич, несмотря на то, что знал, какой опасности се­бя подвергает, со всем пылом страсти бросался за­щищать своих друзей. Целые дни он мечтал об од­ном — вернуться в Рим хотя бы ненадолго. Также был очарован и сирийский царевич, столь знаменитый впоследствии Антиох Эпифан. Даже став царем, он тосковал о Риме и часто одевался в римскую тогу или разыгрывал римского магистрата (Polyb., XXVI, 1,5— 7; XXXI, 3, 2; XXVII, 15, 3 -5; Liv., XL, 5).

Так что же все-таки нравилось в этом варварском городе людям утонченным, культурным, прибыв­шим на его узкие улочки из самого центра тогдашне­го просвещения? Увы! Никто из них не оставил вос­поминаний. Был только один греческий гость, кото­рый описал нам свои впечатления. Это Полибий. Чи­тая его, мы начинаем понимать, что же так влекло иноземцев в Рим. Ему нравились сами римляне, его восхищали они, эти люди, в среду которых заброси­ла его судьба. Еще в детстве из книг он знал, что бы­вают такие люди — честные, благородные, мужест­венные. И вдруг сам очутился в кругу подобных лю­дей (Polyb., XXX, 8, 5 —7). Он создает целую галерею портретов своих современников-римлян. Этого ма­ло. С его страниц перед нами постепенно встает об­раз всего римского народа. По его словам, он наде­лен несокрушимой доблестью, далеко превосходя­щей доблесть всех известных эллинам народов (ibid., VI, 58, 13; IX, 8—9). Римляне готовы пожертвовать всем ради своей родины (ibid., VI, 54,4—6). Они чест­ны и порядочны. Они ведут войны благородно и от­крыто, хотя весь мир совершенно развратился в этом отношении (ibid.,fr. 29; XIII, 3, 7).

mozahara.jpg
0003rd6e.jpg