Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 113

Сципион всегда держался в стороне от политиче­ских партий с их узостью и нетерпимостью, «находя их все слишком крайними, и относился с одинако­вой враждебностью к претензиям аристократов, к которым, впрочем, принадлежал по рождению и по преданиям, и к предприимчивому и мятежному духу демократии»**. Он не был оптиматом, он не был по­пуляром***, он был Сципионом. И тут дело не только в том, что ему претил дух партийной борьбы. Он счи­тал, что Республика держится на равновесии всех сил. Ему равно противна была мысль, что Рим пре­вратится в замкнутую кастовую олигархию и что он станет буйной, разнузданной демократией. Все пар­тии страстно стремились заполучить его к себе. Но он оставался по-прежнему строг и беспристрастен. Народ, по выражению Аппиана, «его ревниво любил и много боролся за него с оптиматами» (Арр. В. С., I, 19). И Сципион мог во всех обстоятельствах «пола­гаться на любовь и поддержку народа». И, надо ска­зать, в тот период он и сам поддерживал народ и, по выражению Плутарха, «безмерно его возвеличивал» (Plut. Paul., 38). Это он фактически провел закон 137 года о тайном голосовании в народном собрании. Внес законопроект трибун Люций Кассий, человек очень знатный, суровый и вовсе не походивший на демагога. Но весь Рим знал, что придуман закон Сципионом и Кассий только выполняет его план. Проект возмутил многих сенаторов и самого консу­ла, а народный трибун Антий Бризон наложил на него вето. Но после беседы со Сципионом он свое вето снял, и закон был принят (Cic. De leg., Ill, 35; 38; Brut., 97).

Судя по этому, Публия можно было бы счесть за популяра. И некоторые знатные люди даже сетовали на его измену своему сословию (Plut. Paul., 38). Но они жестоко заблуждались. Позже, когда настала для Республики жестокая пора, когда сенат совсем скло­нился под ударами демократии и никто не имел му­жества ему помочь, — вот тогда-то Сципион один, с риском для жизни, вступился за закон и сенат31. Но случилось это много позднее, и рассказ об этих днях впереди. В описываемое же время, повторяю, многие нобили хотели видеть его в сенатской партии и него­довали. Их шокировали и законы, которые проводил Публий, и та простота, с которой он держал себя с простонародьем. Одним из главных его против­ников в сенате был Квинт Цецилий Метелл Македон­ский. Это был человек во всех отношениях выда­ющийся.

mitingirazr.jpg
0003rd6e.jpg