Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 108

Будет некогда день и погибнет священная Троя.

С нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама.

Затем, «обернувшись ко мне и сжав мою руку, он сказал:

— Это великий час, Полибий. Но я терзаюсь стра­хом при мысли, что некогда другой кто-нибудь при­несет такую же весть о моем отечестве» (Поли-

бий)29

Вся эта сцена произвела на Полибия неизглади­мое впечатление. «Трудно сказать что-нибудь более... мудрое. На вершине собственных удач и бедствий врага памятовать о своей доле со всеми ее преврат­ностями и вообще ясно представлять себе непосто­янство Судьбы — на это способен только человек ве­ликий и совершенный, словом, достойный памяти истории» (Polyb., XXXIX, 5; Арр. Lib., 132—135).

Шестнадцать дней горел Карфаген. На семнадца­тый день Публий Сципион провел плугом по еще тлеющим развалинам и произнес страшное древнее заклятие, обрекающее это место подземным богам и демонам. Никто из людей не должен был здесь се­литься. А на территории бывшей карфагенской дер­жавы была организована римская провинция Афри­ка. Римский военачальник не исполнил заветов же­ны Газдрубала. Бывший диктатор Карфагена, винов­ник войны «был обласкан Сципионом» (Полибий). Ему предложили на выбор жить в Африке или Ита­лии. Пуниец выбрал Италию. Там он, изменник нумидиец Битий и заложники мирно дожили свой век (Polyb., XXXIX, 4,11 —12; Zon., IX, 30).

Прошло около ста лет, и римляне сами восстано­вили Карфаген, только уже на новом месте — это ведь отдано было злым духам. Карфаген вновь разбо­гател, а так как населен он был пунийцами, то они вернулись к исконным обычаям. Они даже тайком продолжали сжигать детей Баалу, несмотря на самые строгие запреты римлян. Но Карфагену не суждены были жизнь и благоденствие. В VII веке он оконча­тельно был разрушен арабами.

n86n-s09.jpg
2381-002954-f40421960fa64da3d5d7d95869977cf4.jpg