Реклама

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Раздел 1

Бобровникова Т. Повседневная жизнь римского патриция в эпоху разрушения Карфагена. Страница 105

С наступлением весны Сципион повел войско на приступ Карфагена. По-видимому, он разделил ар­мию на две части — половину отдал Лелию, полови­ну взял сам. С двух сторон они двинулись к стенам. Полибий был в личном отряде главнокомандующе­го. Штурм начался со стороны открытого моря, там, где находилась гавань Котон. Ночью Газдрубал под­жег часть гавани. Но, пока Сципион отвлекал врага на себя, Лелий спокойно перелез стену с другой сто­роны. Воины громко закричали, давая знать товари­щам, что они уже внутри стен. Теперь «римляне, не обращая уже ни на что внимания, рвались со всех сторон на стены, набрасывая на промежутки (между машинами римлян и стеной карфагенян. — Т. Б.) бал­ки, куски машин и доски» (Аппиан).

Сципион появился в городе почти одновремен­но со своим другом, но совсем необычным спо­собом. Аммиан Марцеллин рассказывает: «Сципи­он Эмилиан с историком Полибием и тридца­тью воинами с помощью подкопа овладел ворота­ми Карфагена... Эмилиан подошел к воротам под прикрытием каменной «черепахи». Пока враги оттаскивали каменные глыбы от ворот, Эми­лиан, никем не замеченный и в безопасности, проник в покинутый город» (Атт. Marc., XIV, 2, 14 — 17)* От неприятеля их отделял рукав залива. Поли­бий был человеком неколебимого мужества, но и он почувствовал невольный трепет, оказавшись в цент­ре вражеского города с тремя десятками воинов. Он посоветовал Публию немедленно побросать в неглу­бокую воду, отделяющую их от карфагенян, доски с гвоздями, чтобы враги не смогли их атаковать. Но главнокомандующий с улыбкой отвечал:

Смешно было бы, завладевши стенами и на­ходясь внутри города, избегать всеми мерами сра­жения с неприятелем (Plut. Reg. et imp. apoph. Scipio

Miru, 5)·

Страх Полибия был напрасен. Оба римских отря­да соединились, и карфагеняне отступили, оставив эту часть города в руках врагов27. Римляне очутились на небольшой круглой площади, лежавшей между га­ванью и подошвой цитадели Бирса. На этой площа­ди некогда бушевали народные собрания, там народ носился, держа на копьях головы растерзанных вельмож, там распинали неугодных полководцев, там еще так недавно Газдрубал развешивал казнен­ных (Diod., XX, 44, 3; Justin., XXII, 7, 8; Liu, XXX, 24, 10). Тем временем спустился вечер. Сципион и его вои­ны провели ночь на площади, не выпуская из рук оружия.

phpThumb_generated_thumbnailjpg.jpg
2381-002954-f40421960fa64da3d5d7d95869977cf4.jpg