Реклама

Беспалов Ю.Г. Эпоха великих географич открытий. Раздел 2

Беспалов Ю.Г. Эпоха великих географич открытий. Страница 223

Так что вслед за Португалией и Прекрасная Франция мог­ла бы пасть жертвой имперской агрессии — под предлогом «собирания сил и земель» христианского мира для отпора разбойникам-магометанам. В этих условиях и занятие им­перскими войсками Италии прошло бы без особых проблем, особенно, если бы корсары — во главе со знаменитым ита­льянцем-ренегатом Хайретдином Барбароссой — перешли от налетов на побережье к захватам, скажем, земель в Си­цилии. Это уже случалось в предшествовавшие Крестовым походам времена и вынудило Папу «призвать варягов», то есть норманнских рыцарей, чьи сыновья отправились даль­ше на восток — в Святую Землю.

Впрочем, саму Порту владычество в Е&ропе интересо­вало прямо пропорционально активности поборников осво­бождения Гроба Господня. Схватка на берегах Дуная и в сре­диземноморских водах разгорелась бы не шуточная, однако... только способствовала бы консолидации и исламского, и хри­стианского миров. Порта стала бы централизованной дес­потией, не размениваясь на вассалитеты для Крыма, Мол­довы и Валахии, Сирии, Египта и Алжира, а в орбиту влияния Габсбургов вошли бы владения Ягеллонов — среди них и без того были формально имперские территории, такие как Че­хия и даже, пусть в отдаленном прошлом, Польша. К тому же, среди городского населения Короны Польской и венгер­ского — особенно трансильванского — дворянства было слишком много выходцев из Германии, чтобы пренебречь их влиянием и симпатиями. И это не говоря уже о том, что национально-религиозной розни между немцами-лютеранами и поляками-католиками без Реформации не было бы вовсе.

А о какой Реформации может идти речь во время Крестово­го похода?

Авторитет Габсбургов был весьма высок и на Руси. В на­роде складывали сказки о добром царе Максимилиане — том самом, который был зятем Карла Смелого и предлагал Ива­ну III принять протекторат империи. В качестве влиятель­ного посредника император мог способствовать примирению Москвы с Литвой и Ливонией и вовлечь ее в союз против Османов. Сходная ситуация, надо сказать, сложилась в ре­альной истории к концу XVII века, во времена Крымских и Азовских походов, когда Россия уже сделала первые шаги к сближению с Западом и вопрос был только в приоритетах: вести дела с католиками, союзниками против татар и турок — кесарем и Речью Посполитой (к чему стремились привер­женцы царевны Софьи) или с протестантами Голландии и Германии (ориентиры будущей партии Петра I). А без Ре­формации не было бы ни этой дилеммы, ни «утра стрелец­кой казни», открывшего новую страницу истории государ­ства Российского, ни города Санкт-Петербурга — «нового Амстердама», ставшего метрополией огромной колониаль­ной империи, этакой «Норд-Индии».

mozahara.jpg
2381-002954-f40421960fa64da3d5d7d95869977cf4.jpg