Реклама

Беспалов Ю.Г. Эпоха великих географич открытий. Раздел 1

Беспалов Ю.Г. Эпоха великих географич открытий. Страница 79

Вернемся все же из современности в начало Нового вре­мени — период возникновения Королевского общества и других национальных академий наук — в том числе и Рос­сийской. Требовать от науки непосредственных практичес­ких результатов в тот период, в общем-то, не было принято. Случалось, правда, что какой-нибудь князь сажал под замок алхимика, требуя, чтобы тот нашел способ превращать не­благородные металлы в золото. Иногда это приводило к весь­ма значимым практическим результатам, в основном в каче­стве побочного продукта. В частности, в результате подобной средневековой коллизии была разработана технология про­изводства саксонского фарфора. Но такие ситуации могли происходить лишь в уходящем в прошлое Средневековье. Ведь на смену претендующим на тайные знания алхимикам и астрологам приходили химики и астрономы, исповедующие принципы Фрэнсиса Бэкона. А эти принципы не оставляли места тайному знанию — любое знание могло и должно было быть подвергнуто гласному критическому рассмотрению кол­лег-ученых, нрапример, на заседании Королевского обще­ства или на страницах уже появившихся научных журналов.

Да, от научных исследований не требовалось непосред­ственной практической отдачи. Но ставшие главными инст­рументами науки наблюдение и эксперимент не позволяли ей оторваться от жизни. Не удивительно, что уже через сто лет после основания Королевского общества в Англии нача­лась первая научно-техническая революция — гораздо бо­лее значимая по результатам, чем все бывшие до и после по­литические революции. (Эту революцию называют часто не научно-технической, а машинной; считается, что настоящая научно-техническая революция произошла позже. Однако мы все-таки будем называть ее научно-технической, пото­му что многие машины того времени, в частности паровая, создавались уже не механиками-самоучками, не «самород­ками», а учеными.) Именно научно-техническая революция определяет тот временной рубеж, когда Индия окончатель­но сдает свои позиции в жизненной борьбе с Европой (вспом­ните, что об этом говорится в одной из предыдущих глав). Революция эта потому и именуется научно-технической, что в ней огромную роль сыграли люди науки — ученые совре­менного типа. А ученые современного типа от всех прочих Виртуальных Модельеров отличаются тем, что, в принци­пе, не могут проявлять пассивность по отношению к окру­жающему миру. Ведь главный стимул их служения — именно неуемный интерес к этому миру во всех «го про­явлениях. И в первую очередь к тем его проявлениям, ко­торые выходят за рамки обыденности. Ведь именно нео­бычные явления дают наибольшую пишу любознательности. Люди, движимые любознательностью, как раз и способны наиболее эффективно действовать в реальности, выходящей за рамки обыденности, причем с дальним прицелом и, на пер­вый взгляд, решаясь от реальности. Впрочем, если при­глядеться внимательнее, здесь речь идет не об отрешении от реальности во всей ее полноте, а лишь от тягот, а порой и страданий, связанных большей частью с ее обыденными сторонами. Очень важно, чтобы люди подобного типа были объединены в авторитетную общественную структуру, обла­дающую таким важным качеством, как открытость. Такая структура предохраняет общество от опаснейшей болезни — пассивности по отношению к окружающему миру. Западная Европа в лице Королевского общества и других ученых об­ществ вовремя получила такие структуры, и они во многом определили ее активное, наступательное отношение к окру­жающему миру. А ведь именно пассивность по отношению к окружающему миру (вспомним главу 3) сыграла роковую роль в том, что «Индия мало-помалу была свергнута с пре­стола, доведена до бедности».

n86n-s09.jpg
index.jpg